July 15th, 2020

для комментариев

Лытдыбр

По образованию и профессии я химик. Лабу свою я нежно люблю и внимания ей уделяю чуть ли не больше, чем над сериалами и кино; что, ясное дело, является неоспоримым доказательством страсти, верности и прочая.

Однако же природное распиздяйство не позволяет мне вести лабжурнал в исконном понимании этого слова. От бумажных версий я легко перешла на электронный формат, но, когда количество рабочих объектов превысило две с половиной штуки, душа поэта не выдержала переключения между тремя разными папками и отказалась писать вообще что-либо, кроме лытдыбров в духе «сегодня лежала и пила кофий, продумывая мрачные дерзкие планы по захвату мира, работу не работала, дела не делала». 

Решила вернуться к корням, то бишь к филологам, и писать блоговые тексты о бытие своём, ненавязчиво включая туда данные по работе. Возненавижу себя стократно, когда начну компилировать диплом, но лучше так, чем рисовать цифры по памяти.

Все имена и названия вымышлены, НИИ такого не существует, все совпадения случайны.

читающая

...

Сие есть отчаянная попытка
вести хоть какое-то подобие журнала…


Е. Фамильская, семь часов пополудни, середина лета двадцатого года

На самом деле было уже почти восемь вечера, но кому нужны эти астрономические точности? Аналитикам, хехе, к коим я себя, естественно, не причисляю. А «семь часов пополудни» звучит достойно.


Из вынужденного диванного ничегонеделания мы выползли уж месяц как, но я ни разу не удосужилась открыть журналы и проявить там своё аффторское годование по теме собственной исключительной работоспособности. И не потому что нет поводов для годования, вовсе даже напротив; но сидеть и монотонно печатать буковки в разных документах, которые находятся в разных папках (!) попросту выше моих сил. Попробую вести дневник здесь.

Если уж и в одном журнале я не способна описывать удивительные и невероятные события, проистекающие со мной в стенах (а может, и вне оных) института, то брошу это неблагодарное дело и уйду в проститутки учителя химии на Быньговском.

Краткие сводки с полей:

· Научилась делать чашки с штаммами и радую этим Веранду;

· Провела масштабный скрининг на репортёрном штамме 500 образцов из Пущино (все говно), после сего трудового подвига болела законным праздношатанием и немножко горлом;

· Вытянула из Лукьяненко (вот уж пейсатель) ужасное, просто омерзительное описание протоколов по выделению и экстракции смысла жизни 49252, две недели прокрастинировала в попытках оформить этот кошмар в нечто удобоваримое. Наконец преуспела и начала сей процесс.